The House Of The Bloody Sun

Очередная неприятность и вот ты стоишь на окраине Империи, в Промежуточных землях по уши в дерьме. Предупреждение:мат. Убогое описание временное. Оставляйте, пожалуйста, комментарии. Хотя бы будет понятно, стоит дальше писать или нет)

Форма: Глава
Жанр: Фэнтези

Скачать: fb2.zip

Слушать онлайн: The House Of The Bloody Sun

Читать онлайн: The House Of The Bloody Sun

- Агапа, просыпайся! Даю тебе пять минут на сборы.

- И так, время пошло!

После этой фразы Агапе пришлось резко поднять свое тело, дабы встряхнуться после объятий Морфея и не упасть в них снова. Ни единого утра в жизни девушки не прошло без приключений. Этот восход разгоряченного солнца не был исключением. Вставая с пружинчатой кровати, умудрилась запутаться в одеяле. Побежала в ванную комнату - поймала лбом дверной откос. О каких "пять минут на сборы" может идти речь?!

- Осталось две минуты! - вещали голосом бабушки говорящие часы.

"О, Боги, дайте сил!" - молила девушка, пытаясь вздеть в неподатливое отверстие сапогов остаток только что порвавшегося шнурок. Набухающий бугорок на лбу отвлекал Агапу: одной рукой пыталась она справится со шнурком, а другой оценить масштабы случившегося на лбу бедствия. Видимо не в этой жизни ей могло повезти и с тем и с другим занятием. Чревовещательные часы продолжали свой отчет:

-Осталось одна минута!

"Что! Что может сделать человек, даже с отточенной до идеала строевой подготовкой, за каких-то пять ничтожных минут?!" - в еще не проснувшихся мыслях возмущалась Агапа.

И наконец-то свершилось! Дверь была закрыта, длинный коридор (стены которого ломились от портретного обилия предков Агапы) преодолен, а лестничный пролет был одарен лишь небрежным взором пролетающей по перилам девушки.

Голосящие на весь дом часы тем временем начали обратный отсчет.

- Осталось три, два... - не успело устройство закончить свою работу, как ускорившаяся от волнения Агапа влетела в столовую.

Можно подумать, что гонка с быстротечным временем была выиграна, но не тут то было. Впереди девушку ждало еще одно злоключение - бедная горничная Кетти, которая по своей задумчивости не успела разглядеть несущееся тело. Громкий удар огласил все помещение. Первая кровь в этот день была пролита. С рассеченной бровью и невероятно (для человеческой физиологии) округлившимися глазами, Кетти столкнули с себя Агапу и опираясь на столешницу поднялась. Испуганная женщина молчала, пытаясь отыскать глазами причину ее страданий. Эффект неожиданности за время поисков виновника прошел и уст горничный донесся первый хрип.

- О нет! Кетти прошу тебя, успокойся. Все хорошо. Это всего лишь я... - принялась успокаивать горничную Агапа.

Девушка безпорно умела многое, но только помочь ближнему своему речью приободряющей и тем более успокаивающей у нее выходило из рук вон плохо. Поэтому не став дожидаться дальнейших бесполезных по своей эффективности слов горничная завизжала, сдобрив голосовые связки щепоткой магии. Можно поклясться на Своде законов Объединенной Империи, что этот визг слышали не только обитатели дома, но и вся живая и когда-либо жившая тварь в этом мире!

Не век ходить Агапе белой и пушистой за свою невнимательность. Голосовая волна припечатала ее к противоположной стене столовой, аккурат между маской какого - то знаменитого африканского вождя и огромной куклой вуду. Стоит упомянуть, что дедушка Агапы был весьма интеллектуальным человеком, любил путешествовать к местам истоков первоначальной магии. В свободное же время читал лекции в разношерстных образовательных учреждениях. Все стены столовой, двух гостин были увешены сувенирами. Был отдельный кабинет-музей отведенный сугубо по хранение артефактов гаитянской практики вуду.Теперь в столовой почетное место на стене занимала вмятина.

- Кетти, милая, не кричи так громко, - с мольбой в глазах просила бабушка. Этот тон, этот взгляд вмиг подействовали на разбушевавшуюся горничную. Столовая наполнилась привычной тишиной.

- Приветствую всех собравшихся за этим прекрасным столом! - с нарочито деловой интонацией поприветствовала родственников Агапа усаживаясь на резной стул.

Стол был огромен на массивных, выделанных из красного дерева ножках. К великой скорби этой семьи накрыто было только на три персоны. Отец Агапы, бывалый скалолаз, погиб под камнями не покорившейся ему вершины. Мать же, не справившись с горем, решила отправиться в след за ним более безболезненным путем-переход в мир духов. А Агапу, которой на момент трагедии было три с половиной года, забрали бабушка и дедушка со стороны матери.

Не дождавшись взаимного приветствия от оставшихся родственников, девушка жадно начала поедать все, что попадалось ей на глаза. Так в минуту были съедены все вафли с шоколадной начинкой, затем небольшая горсть конфет. Весь процесс принятия пищи сопровождался всхлипыванием отпиваемого чая.

- Кушай,мое золотце, - любовно подбадривал аппетит внучки дед. - Возьми еще имбирного печенья...

В глазах дедушки отражалась вся любовь, которая могла быть доступна для понимания и ощущения мужчинам. И всю безграничную любовь он пытался отдать внучке, позволяя ей порой слишком многое.

Пока дедушка любовался внучкой, а та зверски (что говорить, звери едят аккуратнее) поедала сладости, миссис Адалинда Шуппе (по совместительству бабушка Агапы) позвала Билла. Неприглядный дворецкий вывел всхлипывающую, с размазанной тушью горничную.

- Дабы не мешала вашему сиятельству рожей своей неумытой завтрак вкушать, - были его последние слова перед уходом.

Отставив чай Агапа постепенно начала вжиматься в кресло, предполагая что миссис Шуппе ее не заметит.

"Лишь бы просто наорала, выплеснула всю злость. Только не молчи!"-читалось в испуганных глазах Агапы, из подлобья глядевших на бабушку. А бояться был чего. Стол задрожал и там, где только что находились руки миссис Шупе остались две огромные вмятины-так она сжала этот вековой раритет.

- Вилхелмина Агапа, - тихо начала женщина, - я ввела режим подъема два месяца назад. Неужели ты не можешь взять и завести будильник на 10 минут раньше. Тогда твои маленькие ножки смогут привести лицо в порядка, а маленькие ножки добежать до столовой не сбив никого на пути.

- Но я же успела... - прошептала Агапа.

- Что ты сказала?! Ты опоздала на пять минут! Это было единственное дисциплинарное наказание, которое ты должна была полностью отработать! Ты даже этого не смогла...

Часы Агапы заметно отставали, но необходимости ремонтировать их не было. Каждое утро начиналось с ссоры, независимо от того опоздала ли девушка на завтрак, пришла ли во время. Повторялся один и тот же сценарий развития событий.

- Ты сама себя слышишь? С какой целью ты пытаешься привить мне военную выправку? Думаешь я стану дисциплинированней? Нет! И ты прекрасно это понимаешь, - более уверенно заговорил резной стул, так сильно вжалась в него девушка. - Надо было раньше думать.

Предмет кухонного быта был яростно откинут и уже две разъяренные фурии пожирали друг друга в своих самых темных мечтах.

- Сапоги военные из хорошей бычьей кожи - раз, - начала свой яростный подсчет Агапа.- Снятие мерок в совершенно случайно приуроченном к военном факультету ателье - два! Твои тренировки, бесспорно, - три!

- Я не собираюсь поступать на военный факультет. Точка! - отчеканила девушка.

Тьма без промедления поглотила жизненно важные зрительные органы миссис Шуппе.

- Ты поступишь туда, куда скажу я!

- Адалинда, солнце мое... - подал голос дедушка, пытаясь разрядить обстановку. Попытка завершилась громогласным возгласом темноглазого демона:

- Молчать!

- А ты запомни ясную и простую для понимания вещь: поступать будешь туда, куда скажу я,-оставив деда Адалинда направила свой гнев снова на Агапу. - И пока ты находишься на моем попечительстве, пока я трачу на тебя средства - будь добра делать так, как это будет угодно мне!

Это были последние слова бабушки, которые услышала девушка стремительно выбегая из столовой.

Миссис Шуппе схватилась за голову, завыла и разразилась рыданиями. А как иначе? Все время разгребать проблемы внучки, делать из вечно просящего и требующего существа человека, и надеяться хоть на толику понимания!

"Как же так случилось?! Я старалась воспитывать ее так же, как воспитывала всех своих детей!" - сквозь слезы и всхлипы пыталась сказать женщина.

Довольно таки просто. Дети ее воспитывались в среде обоюдной строгости (муж был сторонником такого метода воспитания). Но годы берут свое и мистер Шуппе растаял под их гнетом, стал мягче и добрее. И когда наказание (посланное исключительно от лица бабушки) настигало взъерошенной головушки Агапы, та без особого чувства вины за содеянное искала защиты у деда. Конечно же там она ее и находила. Так две противоборствующие силы - строгость и излишняя любовь сделали из Агапы высшего класса эгоиста.

Минуя пост управляющего, и громко хлопнув тяжелой дубовой дверью, Агапа направилась в сад, к самой его глубокой части. По всей длине вымощенной красной брусчаткой садовой дороги, росли деревья-долгожители. И чем ближе девушка была к центру грандиозной посадки, тем деревья становились выше, крона их шире (образовывая своеобразные лиственные арки, скрывающих от света и любопытных глаз центральную часть сада).

Агапа направлялась к порталу. Именно это сооружение скрывала разрастающиеся зеленые головы деревьев. Не каждая знатная семья может позволить себе такое новшество. За заслуги свои перед отечеством миссис и мистер Шуппе приняли этот подарок от самого Императора.

Агапа никогда не интересовалась достижениями своих ближайших родственников на политическом поприще. Ее участия в жизни семьи хватило на изучение музейных экспонатов деда, но кончилось это увлечение через месяц.

Девушка села на одну из лавок, которые ровным полукругом окружали портал. Расширенная часть сада была обустроена как нельзя лучше для приема "запространственных" гостей. Здесь были не только лавки, но и небольшая беседка, на решетчатых стенах которой (словно пестрые юбочки фей) красовались цветы разрастающегося плюща.

Она ждала, в нетерпении стуча ступней по мозаичной площадке.

- Опять поругались? - вкрадчиво поинтересовались по правую сторону. То был Хранитель портала.

Агапа повернула голову и также вкрадчиво ответила:

- Олис, последнее время ты слишком часто интересуешься делами нашей семьи. Твоя работа доставлять людей в пункт назначения и при этом, мой милый друг, не задавать лишних вопросов.

- Значить поругались... - серебряные очертания, некогда красивого и статного мужчины, подплыли ближе. - Хорошо иметь поблизости грушу для битья...

- Хорошо, когда она не чувствует боли, горечи, обиды и частенько прикрывает Агапкины пакости.

Приведение со глубоким вздохом направилось к беседке. Какой бы самодовольной и горделивой не была девушка, просить прощения она умела, пусть зачастую и неискренне.

- Олис, прости меня,- прошептала Агапа. - Я не хотела тебя обидеть. Она опять за свое!

- Ты должна учиться на военке и точка! - с большим трудом и с напускной серьезностью Агапа попыталась спародировать интонации бабушки.

На самом деле девушка не знала, где и какое образование ей получить. Как бы ни старались дед и бабушка приводить примеры различных учебных заведений (уточним, что бабушка делала это только на первых порах. Затем ее запал спал), Агапа запомнила название только двух. Это Институт Темной магии (где, собственно, и находился злосчастный военный факультет) и Академия имени Идгарда (где также имелось ненавистное ею сборище военщины).

Хранитель остановился:

- Чем плохо военное поприще? Физическое состояние хорошее. Какие еще могут быть аргументы? Ах, да! Ты, бестия, не знаешь куда поступать. А так, со знаменитостью твоей бабушки, отборочный конкурс и экзамены не помеха.

- Я могу еще не учиться целый год! Все вы меня по-раньше выкинуть из родного гнездышка пытаетесь! Знаешь, Олис, мне все равно что делать, лишь бы это было не по указке миссис Шуппе.

"Ах, молодость! О, это противостояние любому адекватному напутствию взрослых!" - вздыхал Олис.

"Где мои шестнадцать лет?!" - на секунду что - то ужалило его в районе бывшего когда-то сердца.

Два века назад, в день шестнадцатилетия, у него уже была заработанная собственным трудом корова, конь и беременная жена - хозяюшка. Тогда он был счастлив ( на сегодняшний день Хранитель знал значение слова, но почувствовать это забытое "счастье" больше никогда ему не удастся).

- Олис!

- Почему ты кричишь? - безэмоционально спросило приведение.

- Пятый раз тебя окликаю! - насупилась девушка.

Полностью Хранитель не вернулся. Большая часть оставшегося за двести лет сознания находилась там, на задворках памяти. Не сказав больше и слова он подошел к центру площадки, где высилась каменный дверной проем с засасывающей радужной субстанции внутри.

На автомате хранитель спросил:

- Координаты...

Подбежавшая Агапа уверенным тоном назвала широтные и долготные значения места прибытия. К сожалению или к счастью, девушка не была бы сама собой, если бы и в этом простом деле ни поймала на хвост неприятностей. Так как разум ушедшего в неизведанные глубины Хранителя не мог правильно проанализировать информацию, широтные величины были расслышаны не до конца.

- Прощай, Олис! - не ответив Агапе, приведение колыхнуло серым саваном и с громким хлопком исчезло.

Девушку засасывало в портал.

План побега Агапы был прост по своей задумке: с помощью портала добраться до одного из крупнейших городов Объединенной Империи Толмаса, где так удачно жила подруга Нелли Лурье. Заранее были вывезены в обиталище юной леди вещи (о чем не знала бабушка). Предусмотрительно было отправлено родному дяде, живущему в другой стране, жалостливое письмо с упоминанием давно почивших родителей и просьбой пожить. Ответом Агапе было полное согласие, подкрепленное видом на жительство и билетом на общественный портал (бабушкин охватывал исключительно территорию Объединенной Империи). Она сбегала довольно часто, и отсутствие в пять дней, могло остаться незамеченным. Тем более дедушка был осведомлен о том, что неделю девушка хотела пожить в доме семейства Лурье.

Темнота в глазах и постепенно развивающаяся тошнота ознаменовали переход. Вместо шумного, оживленного движения по улицам Толмаса девушка услышала невероятный по своей громкости щебет птиц. Все слилось в какофонию звуков: утробного гогочения, писка, курлыканья.

- Какие могут быть птицы в Толмасе, кроме ворон? -не размыкая век и с нарастающей паникой поинтересовалась Агапа.

'Нужно немедленно открыть глаза'

Привыкнув к яркому, режущему свету девушка смогла оценить полный масштаб катастрофы. Это явно не город- она стояла посреди огромного поля засеянного каким- то злаком. В нескольких милях от него виднелась полоса леса, покрывающая собой весь видимый горизонт.

В груди и животе не осталось органов, а на их месте появились тяжелые камни, тянущие тело к земле. Сознание заволокло туманом гнева и отчаяния. Агапа вынесла свой вердикт. Таких ругательств местные райские кущи прежде никогда не слышали.

'Билет забронирован на конец июля! Осталось 5 дней, а я даже не знаю где нахожусь!'

'Старая волосяная фолликула, покрытая половой тряпкой вместо нормального савана!'- вспоминала она Олиса.

-Аааа!!! -прилегающее пространство огласил яростный, полный бессилия крик.

'Все как всегда! Не могло быть иначе! Каких духов, богов я разгневала?!'

-За что!

Хорошенько отмутузив землю и вырвав вокруг себя практически всю растительность, девушка постепенно успокоилась.

- Главное найти дорогу. Раз здесь засаженное поле, есть путь по которому люди добираются из близлежащего села на работу,- вслух рассуждала она, боясь больше погрузиться в панику.

И вправду, с первого взгляда Агапа не заметила кровожадно врезавшуюся в труды агронома дорогу. Колея тянулась от самого леса и, по всей вероятности, до конца поля. Перед Агапой встал выбор: либо идти через лес, либо в противоположную от него сторону.

Девушка вошла в портал около одиннадцати часов дня. Солнце приближалось к своему зениту и полуденный зной превращал воздух в видимое желе. Как хорошо было бы укрыться в тени леса и продолжить путь там...

-Лес не выглядит зловещим, но лучше идти к открытому пространству. Может какой- нибудь трудяга- фермер увидит меня и поможет добраться хоть до самого маленького населенного пункта! -взывала она к помощи.

Не долго думая и разгоняя придорожную беспозвоночную живность, Агапа направилась к концу поля.

Кажется, время перевалило далеко за полдень, а поле все не кончалось. Девушка хотела пить, сапоги нещадно терли ноги; пот, застилавший глаза, проедал кожу век. Дорога круто поворачивала, а за ней вальяжно развалилась выгорающая от жары королева- степь. Минуя поворот, девушка увидела, что по- змеиному виляя колея уходила обратно, в сторону леса.

'Значит через лес'

'А если разбойники?'

'На такой- то дороге? Клячу своровать и паек у ободранного работяги?'

Агапа шла на автопилоте. Хотелось поскорее добраться до спасительной прохлады леса. Жара усиливалась, замолкли птицы и жужжаще- жалящие насекомые. Пыталась передвигаться перебежками. Преодолев пару метров, восстанавливала дыхание слишком долго. Она лелеяла мысль, что успеет добраться к поселению человеческому хотя бы затемно. Ночевать в лесу не хотелось.

'Надо выбрать один темп'

Язык ее распух и будто увеличился вдвое, давя на мягкое небо и мешая глубоко дышать. Каждый глоток горькой вязкой, как сироп, слюны давался с трудом. Голову напекало лучами, казалось вдвое увеличившимся, раскаленным солнцем.

Либо от того что силы покидали Агапу, либо от начавшихся от жары галлюцинаций, но чем ближе она подходила к лесу, тем сильнее чувствовался сладостный, удушающий запах.

Запах никуда не исчезал и казалось, будто сама девушка источала это зловоние. Шея уже не держала голову в прямом положении и та тянула тело все вниз и вниз. С завидной частотой под ноги начали попадаться темные, странно шевелящиеся бугорки земли.

" Я схожу с ума! Разве может быть поле такой длины?! Или я прошла не одну посадку?"

Агапа припала к земле. Не смотря на усталость, на медленно уходящий голос разума, она взяла небольшую засохшую палочку и ткнула в пульсирующую черную массу. Тут же поднялся рой черных, брюхатых мух и окружил её. Они скрывали подгнивающий клок шкуры.

С этого места и до самой лесной чащи дорога была окроплена застывающей и тускнеющей от жары кровью. Кишащих мухами пятен становилось все больше. Подступая к лесу она увидела перевернутую телегу, а рядом с ней неопределенной формы бурого цвета предмет. Было слишком далеко чтобы хоть что-то рассмотреть.

"Может случилась авария?"

- Люди! - вместо крика - хриплое бульканье.

У девушки будто открылось второе дыхание, и она побежала к опушке леса. Тень раскидистых деревьев накрыла Агапу.

"Мне никто не поможет"

Бесформенный предмет оказался разлагавшейся лошадью. Морда ее была перекушена в нескольких местах. На Агапу смотрели вздувшиеся окровавленные глаза. Полностью была выедена брюшная часть, так что был виден белеющий хребет. Остатки недоеденных внутренних органов были разбросаны по периметру. Часть кишок висела на перевернутой телеге.

Тут же в нос ударил тот самый, преследующий девушку, запах. Что когда - то было завтраком несмотря на старания девушки продвигалось по пищеводу вверх. Агапу обильно вырвало.

Вдруг за телегой раздалось ритмичное постукивание.

"После того, что сделали с лошадью, вряд ли ее хозяин останется в живых" - подумала девушка, но не теряя сумасшедшей надежды она направилась за транспортное средство.

И в правду, выживших не могло остаться. Опершись на нижний край борта телеги, в безмолвном ужасе лежало тело некогда пожилого человека. От него осталась лишь верхняя часть, с ошметками все еще кровоточащих мышц вместо ног. Вокруг мертвеца сгрудились три ненасытных вороны. Агапа поняла природу исходящей ритмики - то была птица, яростная пытавшаяся отодрать клочок присохшего к телеге мяса кисти.

Она представляла себе, как яростным ударом свергает своих врагов - летят кровь, выбитые зубы с ошметками десен. В реальности смерть оказалась другой в первую очередь она воняла рвотой, испражнениями - следствие посмертно разжавшихся сфинктеров, разложением, кровью.

Еще две вороны были заняты поеданием глаз трагически погибшего путника. В присутствии Агапы одной даже удалось вытащить своим твердым клювом глазное яблоко - упругую сферу. Желудок девушки и так бывший на уровне легких снова извёрг скудное содержимое.

"Пить хочется...Он же ехал с полевых работ, вон, какие - то набитые мешки валяются, должна же быть у него вода?"

В данный момент девушку не волновала причина смерти, главное найти воду. В этот раз её действия увенчались успехом - краешек пробки бурдюка виднелась из - за спины человеческих останков. Борясь с новым приступом тошноты, крадучись будто боясь испугать навсегда ушедшую жизнь, она подбиралась к заветной цели.

"Не поддается. Да что же это такое! - она потянула сильнее. Еще сильнее. И еще. Тело даже не пошевельнулось, настолько мышцы окоченели.

"Наконец - то!"

Быстрыми, резкими движениями, с дрожью одержимости в руках Агапа отпила воды. Живительная влага устремилась ко всем органам. Борясь с бешеным желанием опустошить бурдюк, она прополоскала рот, и все так же дрожащими руками повесила его за спину.

"Надо убираться отсюда. Здесь больше делать нечего. Кровавые следы уходят далеко вдоль опушки леса. Пока мне ничего не грозит".

Бросив последний взгляд Агапа устремилась по лесной дороге. Та встретила ее жалобным чириканьем, запахом перегнивающей листвы и прохладой.

"Главное уйти подальше и можно присесть отдохнуть"

Уже темнело. Стол мясника был позади. Усталость давала о себе знать. Не хотелось думать ни о чем, не хотелось ничего, даже корить Олиса за его промах. Девушка вышла на золотистую поляну. Дорога шла все вперед.

"Сейчас отдохну и надо искать убежище". Агапа села у начала поляны, опершись о дерево и мгновенно заснула.

-Да замолчите уже. Сколько можно верещать?! Попели с десять минут и хватит. Полетите уже за едой что ли?! -не выдержав закричала в небо, пытаясь донести так надоевшим птицам одну простую мысль -дайте поспать. Проснулась Агапа рано утром отчасти из- за пения птиц, отчасти из-за наземно ползущей живности. Они облепили ее потное, грязное тело словно как заморскую сладость. Жадно поблескивая жвалами на пир пришли огромные черные муравьи, жужелица и громадные жуки- олени, гроздьями падавшие с облюбленного дерева.

'Какая мерзость!'- отплевываясь девушка схватила запятнанный кровью бурдюк и отпила воды.

-А сразу я и не заметила, что водица- то с душком. Даа, делать нечего, не пить же из лесных луж.

Набатом возвращались воспоминания предыдущего дня. Желудок заурчал давая понять, что он вовсе не забыл, как пахнет мертвечина. Состояние девушки было удовлетворительной паршивости. Силы прибавились, но чувство усталости и общей немытости всё так же стояли особняком, как вторые по значимости проблемы.

Как следует отряхнувшись и протерев измученные засохшие глаза, горе- путешественница отправилась дальше. Поляны сменяли другие поляны. Птицы все так же щебетали, давя своими звуками на распухшую лобную часть Агапы, летали насекомые, но только к полудню, когда солнце стало ярче пробиваться сквозь заросшую крону, девушке пришла, наверное, одна из самых здравых (таких было на пальцах пересчитать) мысль:

-А что если залезть на дерево и хоть как-то сориентироваться. Может на глаза попадется поселение иил может быть увижу окончание леса.

Дабы наказать себя за тупость девушка звонко ударила ладошкой по лбу. Попала в намедни полученную шишку. Теперь уже лесные дебри сжались и птицы умолкли от яростной ругани.

Вот она, осуществимая цель! Начались поиски подходящего по высоте и ответвлениям дерева. Низ живота неприятно ныл от волнующей неизвестности. Когда дерево было найдено, а высота аккуратно преодолена (здесь агапа со всей искренностью поблагодарили бабушкины тренировки) девушка нашла то что искала. Дальше в неизвестном количестве миль от нее виднелась серебристая, уходящая параллельно лесу линия реки. От радости хотелось петь и забыты были все невзгоды и печали. И все благодаря этому огромному потоку воды. И как можно было не узнать эту загадочную мистическую по своему естеству местность?!